>

Потомственный врач, обладающий секретами лечения малышей

Великомихайловская больницаНа фото: Екатерина ДЕРЕНЬКО, заведующая детским отделением Великомихайловской центральной районной больницы

В детском отделении этой больницы светло и уютно. Ведь здесь лечатся самые маленькие пациенты. Им надо создать как бы особый климат. Окружить заботой. С этим отлично справляется Екатерина ДЕРЕНЬКО — заведующая детским отделением Великомихайловской центральной районной больницы, стаж работы которой 39 лет. Врач высшей категории, 14 лет работала районным педиатром, а последние 30 лет заведующей детским отделением. Депутат Великомихайловского районного совета.

— Екатерина Анатольевна, вы из тех медиков, о которых можно сказать, что они родились в медицине…

— Совершенно верно, я потомственный врач, ведь в моей семье много медиков. Я люблю свою работу и отделение, в котором тружусь, хотя отдыхать некогда: у нас 20 коек, в год у нас лечится 700-800 детей, из них около половины — это малыши от новорожденных до трехлетних, старшим же 17-18 лет. Основные причин, по которым попадают в наше отделение — это заболевание органов дыхания, бронхиты, простуды и вирусные инфекции, а также много болезни желудочно-кишечного тракта, почек, желчно-выводящих путей. Спектр работы очень большой.

— А какой штат справляется со всеми задачами?

— Справляемся малыми силами. Раньше отделение было рассчитано на 40 коек, работало два поста, и было значительно легче. А на сегодня куда меньше: я и еще одиннадцать человек, четыре постовые медсестры, одна манипуляционная, раздатчица, санитарки, молочная медсестра, а также медсестра в физкабинете. Вот так мы и работаем.

— Сейчас настолько урезаны бюджеты медучреждений, что вопрос кормят ли в больнице деток, стал очень актуален…

— Питание у нас есть: молочное, каши, картошка, чай, сок, булочки, а также диетический стол. Может не такое разнообразие, как хотелось бы, но мы стараемся. На базе отделения работает детская кухня, и деток до года мы можем обеспечить бесплатным питанием. Некоторые мамы в состоянии самостоятельно купить еду. Но в основном у нас лежат с детьми многодетные мамы, которым наша кухня нужна. Хочется отметить такой интересный момент, сейчас в семьях или 1-2 ребенка или 5-6, вот такая крайность. Более обеспеченные семьи не хотят рожать много детей, а малообеспеченные рожают больше, потому что на детей выплачивают денежные пособия, которые многим кажутся существенными. Вот люди и живут за счет этих пособий. Учитывая их небольшие финансовые возможности, и то, что дома они питаются молочными продуктами, ставим их на довольствие. Главврач больницы Иван Антощук никому и никогда не отказывает.

— Голодными у вас никто не остается…

— Нет, есть завтрак, обед и ужин. Мамы также могут у нас питаться безвозмездно, за еду, как и за койку, они не платят. В то же время, есть и палаты повышенной комфортности, за которые уже надо платить, ведь больнице надо как-то зарабатывать. В отделении 7 палат, в которых есть телевизоры, кабельное телевидение, подключено четыре канала с мультфильмами, все это финансирует наше учреждение, а не родители детей. Ребенок лежит, ему, например, делают капельницу, и он смотрит мультфильмы, отвлекается, а так лежал бы и смотрел в потолок.

— Сейчас время высокотехнологичного оборудования, приобретение которого требует больших финансовых затрат. Чем обеспечено ваше отделение?

— На сегодня это единственное отделение в районе, где могут оказать высококвалифицированную медицинскую помощь. Потому что, в основном, в районе действуют ФАПы и амбулатории, там оказывают лишь первичную помощь, а тяжелобольных детей привозят сюда. Крошек до года в осенне-зимний период госпитализируем 100%, потому что один-два дня с вирусной инфекцией чреваты осложнениями. Также стараемся брать на лечение и оказывать помощь детям из неблагополучных семей. Для таких больных у нас есть оборудование, центральная подача кислорода, два аппарата искусственного дыхания, монитор, который мониторит все данные организма круглосуточно. У нас есть электроотсосы, ингаляторы, которыми мы можем снимать любые приступы астмы, приступы стеноза (лающий кашель, удушье).

Основную часть аппаратуры приобрели давно, а вот три года назад по распределению нам дали аппарат искусственной вентиляции легких (ИВЛ). Но, к сожалению, он был испорчен, и благодаря главврачу мы отправили его в Харьков на ремонт, и на сегодня у нас два ИВЛ.

— Кто вам помогает в обеспечении оборудованием, кто ваши друзья?

— Друзей много: районный совет, глава РДА, главврач, мои друзья. Я всегда старалась много сделать, не будучи еще депутатом райсовета. У меня лечатся дети сотрудников, депутатов, бизнесменов. Вот я к ним и обращалась, одним из первых был Игорь Завада, нынешний депутат райсовета, который сам купил за тысячу долларов инфузомат. (Уточним— инфузомат — это инфузионный насос, который контролируется электроникой. Предназначен для интенсивной терапии и анестезии. Точность этого прибора делает все процедуры безопасными). Его брат очень много помогает, предоставляет гуманитарную помощь. Райсовет купил УВЧ и еще один инфузомат. Мир не без добрых людей.

— Какие есть сложности в работе детского отделения?

— У нас бывали такие случаи, что к нам попадали дети не только первых месяцев жизни, но и дней. Вот, к примеру, в прошлом году был ребенок 25 дней от роду, с воспалением легких, у которого, практически, одно легкое не дышало. А при таких условиях невозможно обеспечить самостоятельную работу всего организма, сердца и мозга. В этих случаях дается искусственный сон, ребенок инкубируется и ставится на ИВЛ. Это, конечно, уровень областной больницы. Учитывая, что в то время была вспышка заболеваний, и в областной больнице не было аппаратов, этот ребенок в нашем отделении 5 дней находился на аппарате. Но с ситуацией удалось справиться. Задачу помогло решить и то, что в отделении есть анестезиолог, и в случае необходимости, мы с ним дежурим круглосуточно.

— Достаточно ли кадров в отделении и в больнице в целом?

— Нет, конечно, не достаточно, и я как врач одна, и ставка одна. Если тяжелый ребенок находится в палате интенсивной терапии, на аппарате, значит все внимание приковано к нему. Я и медсестры находимся возле такого пациента круглосуточно, и тогда приходится тяжело. Помогают, конечно, могут на половину суток дать одну медсестру, или надо продержаться сутки — у ребенка стеноз. У нас достаточно подготовленные врачи, держимся — три часа, пять, пока приедут на помощь. Но бывает и так, что приходится вызывать центр экстренной медицинской помощи, расположенный на базе детской областной больницы.

— Как такая медицинская служба добирается до Великомихайловской ЦРБ?

— Это наша санавиация. Сейчас действует централизованная скорая помощь, на базе нашей больницы, которая обслуживает Захаровку и Раздельную. В больнице есть машина, которой можно транспортировать тяжелобольных детей с кислородом. Есть инфузомат — я о нем уже говорила. Раньше мы ждали помощь только «на себя», пока приедут к нам, а сейчас мы сами сможем доставить ребенка.

— Санавиация — это вертолет? Неужели такое возможно в наше время?

— Нет (смеется — ред.), это я так называю машину. Когда здесь работала моя мама, то функционировала санавиация, были специализированные площадки для посадки вертолета. Вот память и осталась.

— Вы напомнили о преемственности поколений. Есть ли у вас смена, молодые специалисты?

— Увы, смены у нас нет, я уже на пенсии 10 лет, которая у врачей совершенно недостойная. У Евгения Трофименко — заведующего терапевтическим отделением, 45 лет стажа, а пенсия — 1700 грн. Людмила Довбуш, ведущий гинеколог, на пенсии и работает. Очень мало молодых кадров. Молодежь не хочет сюда ехать. Быт, который так тяжело обустроить, играет важную роль. Это раньше давали квартиры, дома, а сейчас такого и в помине нет.

— Это уже пожелание нашему правительству…

— Пожелание и правительству, и местным властям: думайте о будущем. Мне, например, некому сдать отделение, было два педиатра, но одна перешла на должность начмеда, а другая — в семейную медицину. По моему мнению, модель подготовки медицинских кадров, которая была при Советском Союзе, одна из лучших. В стране были отдельные факультеты в институтах, где готовили педиатрические кадры. И это очень важно и необходимо, так как общие факультеты не дают достаточно знаний для лечения маленьких пациентов. Надо лет 10 проработать для того, чтобы быть практическим врачом в педиатрии. В работе масса нюансов, так как слишком много патологий у детей первых лет жизни. Это требует особой подготовки. Вот этому нужно уделять внимание и готовить специалистов, которые будут заботиться о будущем страны — наших детях.

Владислав ОЗАРИНСКИЙ

Поделиться статьей в социальных сетях: